Талгат Алдажаров: «У нас не хлеб дорогой, а люди бедные»

Для сельхозтоваропроизводителей 2022 год выдался крайне тяжелым: резко подорожали корма, удобрения, семена, а также топливо, газ и запчасти. Всё это повлияло на увеличение себестоимости продукции. Правительство Казахстана по сей день ищет пути снижения цен на продукты питания. И, как мы видим, пока безуспешно.

Генеральный директор ТОО «Aitas Agro» Талгат Алдажаров смотрит в 2023 год с тревогой. Корреспонденту Agroqogam.kz он рассказал, что если ситуация не изменится к лучшему, неизбежно начнется банкротство в сфере сельского хозяйства, и не все фермеры «доживут» до тех времен, когда цены на сельхозпродукцию выровняются.

Надо помочь населению, нежели ограничивать бизнес

«У нас беспрецедентный рост себестоимости уже третий год, но особенно остро это ощущается сейчас. Очень сильно растут средства производства, из-за рваной логистики цены взвинчены на всё. Нам необходимо повышать заработную плату нашим работникам. Плюс еще для казахстанского фермера сказывается, что Россия под санкциями. Мы столкнулись с тем, что конкурируем не только между собой, но еще и с фермерами соседней страны, так как они активно покупают у нас технику и запчасти. У нас не хлеб дорогой, а люди бедные. Поэтому правильнее было бы сфокусироваться на том, чтобы помочь населению, нежели ограничивать бизнес. Все ограничения очень больно сказываются, и до конца государство не осознает, насколько задерживает развитие сельского хозяйства. Мы за то, чтобы этого не было. Когда государство вмешивается в экспорт, у нас начинаются качели на внутреннем рынке. Поэтому важно внедрить систему мониторинга, а то получается, что большинство сложных решений принимается от недопонимания конкретной ситуации. Отчего и возникают постоянные конфликты между экспортерами, сельхозтоваропроизводителями и переработчиками. С одной стороны, есть давление, чтобы экспорт закрыть, потому что нам, якобы, не хватает самим, с другой стороны, говорят, что этого делать не надо. Нет четкого согласия.

По экспорту всё сложно. Этот год был тяжелый. Мы периодически грузим на Центральную Азию, даже в этом году пробовали на Европу, но проблема в том, что как только мы начинаем что-то планировать, неожиданно «прилетают» какие-то ограничения. В этом году были проблемы с получением квот на экспорт пшеницы, у нас контракты слетели. Их распределение было не совсем понятно участникам рынка. Сейчас экспорт открыт, но проблема в логистике: то не хватало вагонов, постоянные очереди, задержки, простои, штрафы, мы практически год не могли грузить подсолнечник, то вроде вагоны есть, но возникла проблема с маневровыми локомотивами. В этом году, вообще, турбулентность высокая.

Мы сами выращиваем корма и обеспечиваем ими наши птицеводческие предприятия – «Усть-Каменогорская птицефабрика» на востоке Казахстана, «Макинская птицефабрика» в Акмолинской области, птицеплемрепродуктор «Наурыз Агро» в Алматинской области, а также предприятия дистрибьюции и переработки мяса птицы. Тем не менее, мы очень сильно зависим от покупных кормов. К примеру, мы в этом году очень много покупали из РФ. И в момент, когда с 15 марта российский рынок для нас стал недоступен, у нас на внутреннем рынки цены резко подросли. Нам повезло, что у нас на тот момент были накоплены существенные запасы на фабриках. Рынок был очень нестабильный, цена каждый день росла, бывало даже в день по несколько раз, и очень сложно было фиксировать сделки. Тем не менее, мы дотянули до открытия российского рынка и до старта уборки озимых. У нас есть свои собственные озимые на востоке Казахстана, которые сами выращиваем. Поэтому неплохо прошли этот сезон, в отличие от многих других. Всё благодаря наличию собственной кормовой базы и долгосрочному прогнозированию. Мы считаем, что, как минимум, следует на два месяца себя обеспечивать, а многие птицефабрики не могут себе позволить иметь даже месячный остаток кормов».

Восток – дело тонкое

«Восточный Казахстан, где находится наше хозяйство, обладает высоким потенциалом. Я считаю, ВКО может стать семенной базой для всей страны. Потому что коэффициент размножения на востоке гораздо выше, чем во многих регионах страны, а себестоимость выращивания семян ниже. Мы считаем, что для качественной генетики это хорошее окно на казахстанский рынок. Поэтому у себя мы это направление развиваем. Большие перспективы есть у семеноводства в Казахстане, главное – чтобы инвестиции в это направление продолжались. У нас импортозависимость очень высокая, в особенности, на подсолнечник и кукурузу. Сейчас наша казахстанская наука пока не готова заменить западную селекцию. И здесь наше государство должно подумать над тем, что можно сделать. Я сам работал в селекции, свою карьеру начинал в институте имени Бараева. Мне хорошо знакома селекционная работа изнутри, я принимал участие в создании твердых сортов пшеницы, подсолнечника. И хорошо знаю, как недофинансирована наука в Казахстане, какая там тяжелая ситуация. И в таком положении сложно ожидать от казахстанской науки больших достижений. Притом, что западные селекционные компании миллиарды вкладывают в своё развитие. Решать эту проблему необходимо, но взвешенно подходить. Идти по пути наших соседей, которые просто закрывают путь для импортной селекции, не вариант. Потому что это отбросит наше сельское хозяйство далеко и надолго. Нельзя закрывать импорт, надо в этих конкурентных условиях увеличивать финансирование. Резких движений здесь делать нельзя.

По поводу органа, который будет контролировать и сертифицировать качество семян, мы пока до конца не понимаем, как это будет работать, но надеюсь, что всё сделают правильно. Я за то, чтобы все участники рынка прозрачно работали. И это поможет развивать свою собственную селекцию, семеноводство. Позволит нашим селекционерам начать, наконец, зарабатывать со своей генетики. Пока у нас нет четкого осознания, что труд селекционеров очень ценен, и за это надо платить деньги.

Многие западные селекционные компании боятся заходить на казахстанский рынок, потому что он не прозрачный, и защита интеллектуальных прав у нас не на высоком уровне. Селекционер, продав однажды семена, до конца не может быть уверен, что они бесконтрольно не разойдутся по рынку, и он действительно заработает то, что должен. В семеноводстве на данный момент дела обстоят неплохо. Потому что к фермерам пришло понимание, что семена – очень важный элемент в растениеводстве. И качество семян существенным образом влияет на конечную урожайность. Единственное, что масштабы пока не те, которые хотелось бы. Но тренд очевиден. Появляются новые хозяйства, которые существенным образом меняют свою технологию, инвестируют в семяочистительное оборудование, испытывают новые сорта. Мы уделяем этому особое внимание, в группе нашей компании есть элитное семеноводческое хозяйство. Мы тестируем ежегодно порядка двадцати пяти различных сортов и гибридов, берём на размножение. В этом году инвестировали в строительство собственного семенного завода. Хотим повысить качество подготовки наших семян и, как следствие, нашу эффективность и продуктивность», — подытожил Талгат Алдажаров.

Ксения Кожабаева,

Костанайская область

Agroqogam.kz

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите – Ctrl+Enter.